В туман, который смешивается с дождем и летит в продуваемое ветром безмолвие, нет‑нет да скрипнет калитка — пришла банши. Это дух в обличье старухи, что выходит на дорогу, когда кому‑то суждено через час умереть. Банши может быть и прекрасной девушкой, которую ты обманул когда-то, и разбил ей сердце… Она стояла, прислонившись к дереву, в длинном облачении лунного цвета; ее тяжелая, доходившая до бедер шерстяная шаль волновалась, трепетала, махала крылом ветру.
В туман, который смешивается с дождем и летит в продуваемое ветром безмолвие, нет‑нет да скрипнет калитка — пришла банши. Это дух в обличье старухи, что выходит на дорогу, когда кому‑то суждено через час умереть. Банши может быть и прекрасной девушкой, которую ты обманул когда-то, и разбил ей сердце… Она стояла, прислонившись к дереву, в длинном облачении лунного цвета; ее тяжелая, доходившая до бедер шерстяная шаль волновалась, трепетала, махала крылом ветру.