Друг Джорджа писатель Септимус Джонсон любил уединение, для чего купил себе отдаленную виллу в глухом уголке штата Нью-Йорк, где и писал свои романы. Но четыре месяца в году снег засыпал все пути и дороги, потому он не мог там жить и творить. Тут мог помочь только Азазел. Он слегка перестроил организм Септимуса в области антигравитации и тот, при желании, мог ходить по снегу и льду, но лишь только по ним. Всё стало просто замечательно до того момента, пока писатель не познакомился с Мерседес Гамм.
Друг Джорджа писатель Септимус Джонсон любил уединение, для чего купил себе отдаленную виллу в глухом уголке штата Нью-Йорк, где и писал свои романы. Но четыре месяца в году снег засыпал все пути и дороги, потому он не мог там жить и творить. Тут мог помочь только Азазел. Он слегка перестроил организм Септимуса в области антигравитации и тот, при желании, мог ходить по снегу и льду, но лишь только по ним. Всё стало просто замечательно до того момента, пока писатель не познакомился с Мерседес Гамм.