Сидя в метро, он почувствовал странное беспокойство, словно предчувствие беды. Его охватила необычная слабость, и лицо побледнело. Но это был лишь начало долгого пути от скромного служащего до известной личности. Он задавался вопросами о том, будут ли его понимать, услышат ли его крики, и придет ли кому-то на помощь.
Сидя в метро, он почувствовал странное беспокойство, словно предчувствие беды. Его охватила необычная слабость, и лицо побледнело. Но это был лишь начало долгого пути от скромного служащего до известной личности. Он задавался вопросами о том, будут ли его понимать, услышат ли его крики, и придет ли кому-то на помощь.