Как изменится дружба, продолжавшаяся двадцать три года, после признания в измене в мире, пережившем войну, уничтожившую миллиарды жизней? Особенно если это признание происходит там, где мёртвые превосходят численностью живых, а атмосфера насыщена чувством несправедливости.
Как изменится дружба, продолжавшаяся двадцать три года, после признания в измене в мире, пережившем войну, уничтожившую миллиарды жизней? Особенно если это признание происходит там, где мёртвые превосходят численностью живых, а атмосфера насыщена чувством несправедливости.