Настал час вечернего чая, скоро должны были внести лампы.Вилла возвышалась над морем. После заката солнца небо было все розовое и как бы посыпанное золотой пыльцой, а Средиземное море, без единой морщинки, без малейшей ряби, гладкое и еще блестящее в свете умирающего дня, походило на полированную металлическую пластинку необъятной величины.Вдали, справа, на побледневшем пурпуре заката вырисовывались черные очертания зубчатых гор...
Настал час вечернего чая, скоро должны были внести лампы.Вилла возвышалась над морем. После заката солнца небо было все розовое и как бы посыпанное золотой пыльцой, а Средиземное море, без единой морщинки, без малейшей ряби, гладкое и еще блестящее в свете умирающего дня, походило на полированную металлическую пластинку необъятной величины.Вдали, справа, на побледневшем пурпуре заката вырисовывались черные очертания зубчатых гор...